Город всеобщего благоденствия

05.11.2014

Текст: Сергей Ложкин
Фотографии: Сергей Силкин

Парадная набережная Плёса, близость Волги всегда привлекательны. Те, кто прибывает в город по воде, видят именно волжскую панораму, но сегодня мы решили взглянуть на город с высоты плёсских гор. Горожане и гости города, решившие задержаться на подольше, приходят сюда любоваться закатами и потрясающими волжскими видами. "С высоты город выглядит как огромный макет в архитектурной мастерской под открытым небом. Именно отсюда открываются виды на волжский плёс, на долину речки Шохонки. Сверху видно всё..." - говорит плёсский архитектор Светлана Зырянова. Именно она стала первой участницей нашего нового проекта. Почти 30 лет, как они породнились с Плёсом, и сохранение аутентичности города - во многом ее заслуга.


Светлана Зырянова

Плесянка. Член Союза архитекторов с 1994 года. Член градостроительного совета Плёса. Дипломант и лауреат престижных конкурсов и премий регионального, федерального и всесоюзного уровней. Лауреат Национальной премии "Культурное наследие" 2009 г.



Почти все горы в Плёсе имеют собственные названия. Высокие выступающие мысы коренного берега здесь именуют именно горами, и не иначе. Многие названия, что называется, на слуху: Соборка, Воскресенская, Больничная, Петропавловская или гора Левитана, Холодная, а где расположены Тычок, Откос, Секретарева гора, Панкратка, Шариха, Никанорка, мало кто ответит даже из местных жителей.

Соборная гора

Соборная гора

Главная видовая площадка города - место древней крепости. Волга просматривается отсюда вниз по течению до Сторожева на 5 километра, а вверх на 8,5 километров до Сунгурова. Именно отсюда видны все городские слободы: Заречье или Рыбная слобода, Троицкая, Посад и некогда приписанная к Плёсу Серкова слобода.

От старейшего в городе Успенского собора двигаемся к отреставрированному зданию Присутственных мест. Работы Честнякова в гостях в Плёсе - очень знаковый момент. О величине одаренности этого человека можно говорить хотя бы по основным вехам его биографии. "Мои рисунки, когда был учителем, нечаянно для меня пропутешествовали к Репину". Осенью 1899 года пришёл ответ из Петербурга с мнением Репина: "Несомненные способности! Хорошо, если бы нашлись люди, могущие оказать ему поддержку! Со своей стороны согласен принять его в свою студию на Галерной..." Есть билет об обучении Честнякова на курсах княгини Марии Климовны Тенишевой, подписанный педагогом Репиным и старостой Билибиным - такие вот фамилии вокруг личности Честнякова!

Имя Честнякова было случайным образом открыто во время экспедиции Костромского музея-заповедника под руководством Виктора Яковлевича Игнатьева. Один из членов экспедиции попросился в избу напиться воды. Когда он переступил порог (пороги в деревнях высокие, а двери низкие - так тепло хранили), то запнулся и просто упал ничком на клеёнку, которая лежала у порога. Приподнявшись, он увидел картину, которая была написана на клеёнке. После этого начался методичный поиск работ Честнякова. Реставрацией картин, которые дошли до нас в тяжелейшем состоянии, занимался Савва Ямщиков - один из ведущих реставраторов России.

Главная картина - манифест Ефима Честнякова "Город Всеобщего Благоденствия" была даже поделена на куски и разобрана односельчанами "на память". Собранная из частей и отреставрированная, она экспонировалась в Париже и Флоренции.

Это не Брейгель, это не Босх, хотя само построение картины уникальное - неканоническое. Честнякова можно назвать "анти-Босхом". В судьбе Честнякова, простого, казалось бы, уроженца небольшой деревушки Кологривского района Костромской области, - Тенишева, Билибин, Репин, Савва Ямщиков, Игнатьев, Париж, который был в восторге от работ Ефима, от уникальности его таланта, дара, от масштаба его личности. А в родных местах Ефима считают местночтимым святым - он обладал даром предвидения и лечил болезни.

Воскресенская гора

У этой горы есть второе название - Тычок. Золото куполов Воскресенского храма на фоне Волги, небольшая потемневшая клетская церковь рядом. Крутая тропинка сбегает вниз. Здесь сняты первые кадры фильма "Китайский сервиз" со стремительным падением Пантелеймона Суматохина на Торговую площадь с криком "Красота!". Слова героя Янковского: "Вы можете только вот сумасшедшими деньгами засорять Волгу-матушку... Как больно за Россию", - актуальны сегодня. Эпизод фильма с Янковским и молодым, тогда ещё неизвестным Безруковым, рекомендую посмотреть.

На Воскресенской горе есть один знаменитый дом, превращающийся в руины. Это родовой дом семьи Смирновых. Глава семейства Павел Николаевич Смирнов был городским головой, его братья Виктор и Иван были заядлыми охотниками, держали редкую породу собак - костромичей. Левитан дружил с этой многочисленной и гостеприимной семьёй. С братьями Смирновыми их объединяла страсть к охоте. Книга "Золотой Плёс", рассказывающая о жизни Левитана и его спутников в Плёсе, написана Николаем Павловичем Смирновым по семейным воспоминаниям.

Николай Павлович, уехав с родных берегов в столицу, стал видным литературным деятелем, составителем альманаха "Охотничьи просторы", а впоследствии главным редактором литературного журнала "Новый мир". Он объединял вокруг себя блестящую плеяду знаменитых писателей. Показателен тот факт, что Пастернак рукопись "Доктора Живаго" передал именно Николаю Павловичу, поскольку чрезвычайно его ценил. Круг русского литературного зарубежья был тесно связан с Николаем Павловичем.

Мы давно ждём возвращения к жизни этого удивительного дома и возвращения в эти стены архива Николая Павловича... Как знать, возможно, появится у молодых поэтов шанс написать подобное гениальным бунинским строкам "Кругом шиповник алый цвёл. Стояла тёмных лип аллея".

Дворянская улица

Красивейшая улица города, с односторонней застройкой домами, принадлежавшими видным горожанам и дачникам. По иронии судьбы она по сей день носит имя Карла Маркса, храня память о временах революционного переустройства жизни.

Улица связывает сразу четыре горы - Воскресенскую, Больничную и лежащие между ними Откос и Секретареву. Здесь, в переустроенных домах, в советские годы разместился Дом отдыха ВЦСПС (Всесоюзный центральный совет профессиональных союзов). Здесь уже много лет царит запустение. Вот, на старинном доме один наличник пропал. Воруют... Обдирают и увозят в неизвестном направлении.

Больничная гора и Горбуновская больница

Вокруг краснокирпичных, старинной постройки корпусов Горбуновской больницы нестихающий интерес. Интерес не столько архитектурного, сколько имущественного свойства. Ведь больница, подаренная городу, в одночасье стала районной собственностью. Есть твёрдое намерение бороться за возвращение комплекса Горбуновской больницы городу.

Городовой врач земской больницы Фёдор Петрович Чекалов, окончивший Московский университет, вместе с городской властью и общественностью обратился к середскому фабриканту Григорию Климентьевичу Горбунову, не жалевшему своих капиталов на благие дела. Горбунов принял на себя не только строительство и оснащение, но и содержание больницы. Этот больничный комплекс он подарил Плёсу в память о безвременно ушедшем сыне. Здания были освящены именно под больницу.

Плёсское краеведческое общество инициирует установку памятной плиты на здании больницы и готово выступить с предложением о возможности содержания зданий без привлечения бюджетных средств.

Мы выходим на то место, которое называется Больничная гора. Окно открыто - кто-то залезал в здание. Ниша на стене снаружи - место для иконы, которая когда-то была установлена здесь. При больнице небольшой парк. Рядом - домик врачей. Даже сейчас в нем живут люди, раньше работавшие в больнице.

Плёсские заборы

Когда мы видим деревянные заборы и палисадники, сохраняется ощущение, что мы - в историческом городе.

Бич Плёса - это заборы из металлического профнастила. Очевидно, что хозяева такого домовладения не чувствуют город и озабочены соображениями "чтобы подольше постояло и не надо было красить". В Плёсе такие заборы выглядят уродливо.

resize


Когда я впервые приехала в Плёс, деревянный дощатый горизонтальный забор сохранился только у дома Добровольских. Они поддерживали своё домовладение, несмотря на мизерные советские зарплаты, в идеальнейшей сохранности - так, как это должно быть в заповедном городе. Тогда у нас объявлялся конкурс на лучший плёсский дом. И все считали лучшим тот дом, где цветочков побольше, где свежепокрашенные рамы. А у Добровольского попросту всё было абсолютно подлинным, поэтому и возникло предложение именно ему присвоить первую премию. Когда сменился владелец, была тревога, что этот исторический горизонтальный заборчик, потрясающие ворота, мостик со второго этажа на улицу будут разрушены. Но внутренний аристократизм, присущий владельцу, видимо, передался по наследству. Когда появился новый горизонтальный забор, в точности такой же, каким был старый, возникло ощущение спокойствия за судьбу дома.

Таких домиков [как на фото ниже] в Плесе ещё много. Пока они есть, считается, что они будут всегда. Чтобы их сохранить, нужно прилагать большие усилия. Старинные дома, амбары, булыжные мостовые Плёса для России и мира ровно такая же ценность, как сохранённые музейные деревянные города Скандинавии для Европы.


Архитектурный анекдот от Светланы Зыряновой

— Существует интеллигентская шутка 60-х годов: если человек назначал встречу у девятой колонны Большого театра, то пришедший на встречу долго ждал, а потом считал колонны и понимал, что их восемь. Не бывает нечетного числа колонн - по закону архитектурного ордера.

В Плёсе бывает!



Влиятельный журнал «Путешествия и досуг» (Travel & Leisure), выходящий в США тиражом более полутора миллионов экземпляров, включил Плёс в перечень 25 курортных местечек Европы, не испорченных туризмом. Есть там такая фраза: «Когда русские олигархи хотят отдохнуть за городом, они едут в Плёс. К счастью, он не утратил своего славянского очарования: пахнет дымком от русских печей, на улице торгуют волжскими копчёными лещами, местные бабушки несут корзины лисичек мимо старых купеческих домов».

Этот дом по улице Ленина хоть и добавляет колорита облику Плёса, все-таки делает это слишком вызывающе. По словам Светланы Зыряновой, интерьер любого частного дома в городе можно устраивать в соответствии со своими пристрастиями, в том числе и идеологическими, но внешность плёсских зданий желательно сохранять в традициях - более спокойных, классических.

Сейчас Плёс никто не обвинит в мерзости запустения. Благодаря усилиям отдельных людей традиционная архитектурная среда исторического города, важная для сохранения его идентичности, не разрушается и не деформируется, а обретает вторую жизнь.

Есть другая опасность - строительный зуд, который все отчетливее ощущается в городе. Остается надеяться, что энергия нового строительства останется в рамках традиций и не разрушит аутентичность Плёса.

С каждым днём город погружается в темноту всё раньше, так что прекрасные часы закатных сумерек жители и гости могут наблюдать едва ли не днём. Сумерки дарят атмосферу таинственности: что скрывают церкви, деревянные домики, заборчики, переулки, холмы? Плёс полон тайн, о которых мы обязательно будем говорить с героями следующих прогулок.

Короткая ссылка на новость: http://pliosvestnik.ru/~pSXXf


Свежий номер в PDF

Плёсский вестник №106

Загрузить...

Наши колумнисты



Уравнение с двумя неизвестными

Как украли картины Левитана — наш комикс.




Предыдущие выпуски