Усадьба Утешное. Шаляпин в Плёсе

Усадьба Утешное. Шаляпин в Плёсе
29.06.2013

Усадьба Утешное. Шаляпин в Плёсе

О пребывании Ф.И.Шаляпина в Плёсе написано много. Однако один из великих людей России, оказывается, был не только плёсским дачником, но и, как сказали бы сейчас, инвестором. Вокруг истории Шаляпина в Плёсе сложено и немало легенд, имеющих, вероятно, реальную почву. Наш постоянный автор Е.Н.Закаменная проанализировала архивные документы и свидетельства очевидцев.

Впервые знаменитый певец посетил Плёс в пятницу, 23 июля 1910 года. На эту дату точно указывает Г.Г.Смирнов в своих дневниках: «…сегодня здесь певец Шаляпин ищет дачу вблизи города». Фёдор Иванович путешествует по Волге вместе с другом художником Н.А. Клодтом. Он любил Волгу, знал творчество И. Левитана, особенно ему нравились картины «Над вечным покоем» и «Вечер. Золотой плёс». В воспоминаниях указывается, что Фёдор Иванович присматривается к городу, заходит в дома с целью снять дачу. В это время Щулепниковы, старинный, но уже небогатый дворянский род, продают рядом со своим имением Утешное пустошь Хмельницы. Фёдор Иванович отправляется туда. В воспоминаниях Сергея Александровича Щулепникова описано это посещение их усадьбы: «…стояла необычайно холодная погода, почти ежедневно шёл дождь, как-то после обеда, воспользовавшись проглянувшим солнцем, мы пошли играть в крокет. Не успели мы закончить первую партию, как на площадку пришел отец и сказал, что на лодке из Плёса приехал Шаляпин с каким-то неизвестным человеком. Мы сейчас же бросили молотки и пошли на террасу, где увидели Фёдора Ивановича. На нём был тёплый охотничий пиджак, короткие брюки, шерстяные чулки и простые башмаки. Началась оживлённая беседа, и Фёдор Иванович простотой своего общения сразу очаровал всех. Так как на террасе было свежо, мы перешли в столовую, где уже кипел самовар. За чаем Фёдор Иванович рассказал о недавно закончившихся гастролях в Монте-Карло. Говорил он замечательно живо. Образно: лица, которых он называл, вставали перед нами как живые. После чая все перешли в гостиную... Внезапно Шаляпин встал, взял лежавший на диване тёплый платок, закутался в него – и вот перед нами глуповатая баба. Она становится на колени, кладёт поклоны, крестится и шепчет: «Мати Казанская, мати Астраханская…». Вот она замечает на полу двугривенный, жадно хватает его и попадает пальцем в плевок: «Тьфу, прости господи, плюнули окаянные в храме божьем, мати Казанская, мати Астраханская…» И опять пошли кресты и поклоны. Невозможно было удержаться от смеха... Но не прошло и нескольких минут, как перед нами предстали в образе Шаляпина два спорщика: один студент, доказывающий дьякону, что человек произошел от обезьяны, и второй дьякон, называющий студента богохульником. И всё это в одном лице Фёдора Ивановича. Способность его перевоплощаться из одного образа в другой была изумительной». В этот же первый приезд и было принято решение о покупке у Щулепниковых пустоши Хмельницы. Фёдор Иванович мечтал построить здесь дом «… в стиле терема князя Игоря или Ларинской усадьбы». Второй раз в Утешное Ф.И.Шаляпин приезжает в 20-х числах августа того же 1910 года. Красивые места и душевный приём новых знакомых запомнились Фёдору Ивановичу. Он приглашает Щулепниковых на свой концерт в Нижний Новгород. Приглашение с радостью было принято. В январе 1912 года Фёдор Иванович строит планы нового посещения Плёса, предстоит работа над ролью Бориса Годунова, предстоит поездка в Углич, и он пишет дочери Ирине из Монте-Карло: «… поедем также к Щулепниковым и поживем немножко там». В начале июня 1912 года Ф.И.Шаляпин снова приезжает в Утешное в сопровождении архитектора В.С. Кузнецова и слуги-китайца. Ему необходимо было обсудить постройку дома с архитектором. Планы о постройке терема остались мечтами, необходимость диктовала другое: в доме должно было разместиться многочисленное семейство и гости, к тому же строительство и более скромного дома стоило немалых денег. С.А.Щулепников описал в своих воспоминаниях и этот приезд знаменитого певца: «Фёдор Иванович с первых же шагов держал себя необычайно просто: помогал крестьянам на сенокосе, накладывал сено навоза, поднимал на вилы сразу чуть ли не полкопны; вечером играл с нами в городки и, по существующим правилам, проиграв, возил на себе выигравшего». В этот приезд погода была великолепная. Щулепников пишет: «Сенокос был в полном разгаре. В дни уборки работа затягивалась до позднего вечера. Из Плёса привозились угощения: красное вино – девицам, белое (водка) – мужчинам, пряники – и тем и другим. Фёдор Иванович любил принимать непосредственное участие как в полевых работах, так и в общих угощениях, отдыхе и плясках. В один из хороших вечеров мы собрались, чтобы пойти погулять перед ужином, но вместо прогулки состоялся импровизированный концерт. После законченных работ на лужайке собрались крестьяне. Кто-то попросил Фёдора Ивановича спеть. Он сразу же согласился. Начали размещаться: кто на скамейке, кто на земле, некоторые остались стоять. Все смотрели на Фёдора Ивановича с большим любопытством, так как уже прослышали, что он за один вечер «зашибает» по тысяче рублей… Но вот Фёдор Иванович запел «Не велят Маше на реченьку ходить». Полились давно знакомые звуки. Было тихо и так, но чем дальше пел Фёдор Иванович, тем тишина, казалось, делалась всё более и более глубокой. Ни зевка, ни покашливания. То одна, то другая из слушательниц украдкой вытирают глаза. Кое-кто из мужчин вынимает как бы нечаянно попавшую в глаз ресницу. А звуки всё льются, становится тише, тише и замирает на тончайшем пианиссимо… Минута общего молчания и восторг выливается в форме аплодисментов, криков и возгласов. «Ну, давайте хоровод, русскую», – предлагает Фёдор Иванович. Сейчас же девушки начинают весёлую песню, и образуется большой хоровод». Осенью, в сентябре, Фёдор Иванович ещё, в четвёртый раз, приезжает в Утешное. Архитектор В.С.Кузнецов, приехавший с ним, уже подготовил план будущего дома. И на этот раз, как вспоминает А.С.Щулепников, «Шаляпин очень много пел и познакомил нас с новой, неизвестной нам оперой «Эспозито». Сергей Александрович Щулепников по просьбе Фёдора Ивановича согласился взять на себя хлопоты по постройке дома. В октябре Щулепниковы приглашены в Ратухино. Дела по постройке дома продолжались до 1914 года. Но уже к 1913 году чувствуется, что Фёдор Иванович охладел к новому строительству. Из письма к дочери Ирине: «…я вполне убеждён, что жить там вы все будете мало – это я заключаю уже из того, что ты пишешь в письме, как вы мечтаете о вашем дорогом Ратухине, да я и сам вижу, что вы все очень любите и привязаны к Ратухину и, следовательно, на волжское житьё больших денег затрачивать не стоит… туда потрачено уже немало». В некоторых источниках можно встретить утверждение, что Шаляпин был в своем новом доме в 1914 году. Но Д.Б.Ойнас тщательно проследил события жизни Шаляпина за 1914 год буквально по дням и пришёл к выводу, что Шаляпин после 1912 года больше не приезжал в наши места. О пребывании Ф.И. Шаляпина в Плёсе, Утешном и окрестных деревнях сложилось множество легенд. Один из рассказов старожилов записан А.П.Вавиловой: «В окне моего дома была выставлена граммофонная труба. И однажды кто-то громким басом спросил: «А «Блоха» есть?» Не успел я и пластинку поставить, как под окном раздалась песня, и понеслось над Волгой: «Жил-был король когда-то». А.П. Вавилова записала воспоминания Н.В.Угловой, несколько лет служившей у Щулепниковых: «Бывало, водят парни и девки хоровод по деревне, а Фёдор Иванович встанет у тына в сторонке где-нибудь и внимательно слушает песню. И если вдруг кто-нибудь скажет ему: «Поддержали бы песню», Фёдор Иванович ответит: «Песню, когда она льётся, тревожить нельзя».

Е.Н.Закаменная, историк

Короткая ссылка на новость: http://pliosvestnik.ru/~yEZx7

Свежий номер в PDF

Плёсский вестник №106

Загрузить...

Наши колумнисты



Уравнение с двумя неизвестными

Как украли картины Левитана — наш комикс.




Предыдущие выпуски